Самое горячее: Европа признала соцсети опасными (50); "Фобос-Грунт" уже не спасти (11); Мобильники убивают детей (26); ЕЩЕ >>
РАЗДЕЛЫ
Архив
« июль 2012  
пн вт ср чт пт сб вс
           
8
15
16 17
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Терроризм в коротких штанишках

Ноу-хау | 29.11.2007 14:43

Достаточно регулярно жизнь подкидывает мне примеры борьбы с компьютерными пиратами, интернет-экстремистами и прочими страшными преступниками типа Саввы Терентьева.

Сегодня я бы хотел бы рассказать читателям «Вебпланеты» об одной такой истории, которая произошла в Мордовии. Документами по делу со мной поделился Сергей Наумов, адвокат, ведущий защиту. Как говорят тамошние борцы с преступностью, это первый случай такого рода в России. В принципе, это может оказаться правдой: ничего подобного я еще не видел.

Дмитрий Васильев в своей колонке-антиутопии повествует о каких-то «сертификатах, подтверждающих личность» в качестве атрибута тоталитарного общества. Жизнь устроена гораздо проще: если вас надо найти — вас найдут. И без сертификата.

Именно так произошло со студентом Саранского кооперативного института Александром Пьянзиным. В один прекрасный день к нему пришли с обыском. И изъяли, естественно, компьютер. Вообще, компьютер сейчас можно изымать у любого компьютеровладельца: что-нибудь там да найдешь. Если не программы пиратские, то что-нибудь из «экстремизма», ну, или другие какие мыслепреступления, на худой конец. А вот Александру припаяли «призывы к терроризму». Ну, правильно говорят: первый случай. Прецедент, во!

Состав преступления

Об этом деле, в самом его начале, сообщало РИА «Новости», короткой строкой:

«Студент одного из вузов Саранска подозревается в размещении в Интернете книги, в которой содержатся публичные призывы к совершению террористических актов и способы изготовления взрывчатых веществ, взрывных устройств, диверсионных ядов, а также зажигательных и дымовых средств.»

«Призывы» содержались в книге «Русская кухня — Азбука домашнего терроризма», которую Александр выложил в пиринговую сеть. Очень может быть, что вы ее читали, поскольку креатив довольно популярный. Книга представляет собой подборку рецептов совершения всяческих пакостей, мелких и не очень — от рецепта триперекиси ацетона до советов, как напакостить соседям. Есть там руководство по открыванию замков отмычкой, десяток рецептов симпатических чернил и горючих жидкостей, руководство по ножам, и еще много всего интересного. В общем, эта книга просто необходима в хозяйстве. Правда, частично она представляет собой компиляцию, и многие отрывки оттуда вы, возможно, встречали где-то еще. Но авторы клянутся и божатся, что адаптировали многие рецепты для России, и для «взрывчатого» раздела это, похоже, действительно так. А вот с наркотиками — не очень: некоторые отрывки соответствующих частей носят на себе явные следы машинного перевода. Впрочем, добросовестность и компетентность авторов вы можете оценить самостоятельно, благо «Яндекс» еще не запретили. А мы вернемся к нашему «терроризму».

Широко распространен миф о том, что размещать в Интернете рецепты всяких гадостей — чуть ли не «статья». На самом деле, уголовной ответственности за это не предусмотрено. Если кто-то передает сообщнику конкретный рецепт конкретной гадости в расчете на применение в конкретной ситуации, то мы можем говорить о соучастии, и тогда подельников действительно будут наказывать по одной статье. А вот если просто так, то судить не за что. Есть запреты, установленные в специальных законах, например, для СМИ - но они, как вы понимаете, только на СМИ и действуют.

Были, правда, попытки в сходных ситуациях как-то притянуть за уши именно соучастие: милиция искала людей, воспользовавшихся советами, и «лепила» из них«предварительный сговор». Но это сомнительный подход: человека, разместившего рецепт, привлекают за действия других лиц, о которых он, как говорится, ни сном ни духом. По той же причине неприменима здесь и статья 205.1 УК, «Содействие террористической деятельности». Она предусматривает ответственность за вовлечение в «террористические» преступления, а также «вооружение и подготовку лица» в целях их совершения. Но лица-то и нет, никого конкретно ни авторы, ни Пьянзин ни во что не вовлекали. Даже в том случае, если несколько человек сговорились что-то натворить, и один из них сделал что-то, о чем они не договаривались, отвечать он за это и будет в одиночестве, поскольку действия его представляют собой так называемый «эксцесс исполнителя». Ну, а в нашем случае — что бы ни совершили благодарные читатели книги, все это будет одним сплошным «эксцессом» для ее авторов и распространителя.

В общем, по моему мнению, судить здесь абсолютно не за что. Но вот саранские милиционеры нашли выход: предъявили «призывы к терроризму». Дело в том, что авторы книги на всем протяжении текста именуют читателя не иначе как «террористом». Вдобавок, каждой главе предшествуют «террористические» эпиграфы. Типа вот такого: «Дед Митрофаныч сел на пенек: / - Ох и тяжелый сегодня денек! / Долго по лесу летали штаны… / Вот оно подлое эхо войны! / (Террористский детский стишок)». И все... То есть, в книге нет никаких «призывов к осуществлению террористической деятельности», которые, собственно, и составляют состав преступления, предусмотренного статьей 205.2 УК.

Почему нет? Очень просто. Вот как закон «О противодействии терроризму» эту самую деятельность определяет: «терроризм - идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных насильственных действий».

Но авторы книги, вообще-то, ни на какие органы государственной власти не воздействовали, и писали исключительно про абстрактный «терроризм», безотносительно к каким-то конкретным призывам: ни тебе независимотси Ичкерии, ни всемирного халифата, и вообще ничего такого. Оснований видеть в этом креативе именно статью 205.2 -- не больше, чем, скажем, судить художника за «визуальный терроризм», или Егора Летова за песню ГО про «ужас и моральный террор».

Вдобавок, судят за это вовсе не авторов, а человека, который просто распространял книгу. Это — вообще за гранью разумного: в обвительном заключении не приводится никаких доказательств, подтверждающих, что Пьянзин хотел распространить именно «призывы», текст которых занимает в книге меньше одного процента от ее объема.

Экспертократия на марше

Продолжим цитировать РИАН: «Сотрудники Мордовского государственного университета имени Н. П. Огарева провели лингвистическую экспертизу и установили, что данная книга содержит публичные призывы к осуществлению террористической деятельности. Кроме того, содержащаяся в ней информация дает возможность другим людям использовать ее при совершении преступлений террористического характера, рассказал собеседник агентства.»

Такие «лингвистические экспертизы» сейчас назначаются практически по каждому делу об «экстремизме» и «терроризме», и проводятся по одному шаблону: эксперт проводит как-бы анализ текста, в котором следствие заподозрило крамолу. При этом анализируются отдельные слова, выдранные из контекста, по формальным признакам, и примерно так же, как это делает следствие: есть слово «терроризм» — значит, «призыв к террористической деятельности». Не стала исключением и эта экспертиза.

Вдобавок, перед экспертами поставлено несколько вопросов, явно выходящих за пределы их компетенции, например, о том, содержатся ли в книге рецепты изготовления наркотических веществ. Или, скажем, вопрос о наличии связи лица, распространившего книгу, а также ее авторов, «с террористическими организациями и их лидерами». И отнесение вещества к наркотическим, и установление этой самой «связи» — это, вообще-то, вопросы, связанные с применением законодательства, которые должны разрешаться следствием. И они по-любому не входят в компетенцию экспертов-лингвистов. Отвечая на них, эксперт, например, приписал к наркотикам шалфей «salvia divinorum», который в России не запрещен, хотя и обладает галлюциногенным эффектом.

А в качестве доказательства «наличия связи авторов книги с террористическими организациями» эксперт приводит следующий факт: «Так, в заключительной части (№10) написано: «Авторы выражают огромную благодарность всем физическим и юридическим лицам, всячески способствовавшим в подготовке материалов для данной книги, особенно главному спонсору с Ближнего Востока, пожелавшему остаться неназванным». О том, кто имеется в виду под главным спонсором книги для начинающих диверсантов, можно лишь догадываться. Но на следующей, последней странице книги указывается адрес и имя: 64687, Мекка, Главпочтамт, д/в, п/п Усаме Бен Ладену».

После этого хочется сделать паузу и осмыслить прочитанное.

Впрочем, я предвижу, что вы сейчас спросите. Не волнуйтесь: детей, играющих в войну за «немцев» никто не будет привлекать к ответственности по статье 282 «за разжигание национальной розни». Если они играют в войнушку, значит, заведомо не достигли возраста привлечения к уголовной ответственности. А вот на родителей протокол составить могут — за ненадлежащее выполнение обязанностей по воспитанию несовершеннолетнего. В обвинительном заключении, кстати, про « связь с Бин Ладеном» — ни слова. И стишки не цитируются, что очень странно: чем это они хуже других «доказательств» по делу?

Убийственный признак «связи с террористическими организациями» удачно дополняет указнное в выходных данных название издательства: «ООО Издательство "Глюки Кирилла и Мефодия». В общем, мне по-прежнему трудно увидеть в этом креативе что-то кроме не очень умной забавы великовозрастных балбесов. И никакого «терроризма»... Конечно, публиковать такие рецепты, прямо скажем, нехорошо. Но привлекать к уголовной ответственности за нарушение моральных норм — не лучше.

Кстати, в этом деле есть еще один любопытный момент: после того, как милиционеры раскрыли это страшное преступление и изъяли компьютер у Пьянзина, этим они не ограничились. Затем они забрали у провайдера сервер с логами, а потом — установив, кто скачивал злополучный файл, получили санкции на обыск и забрали компьютеры и там. Всего было изъято девять «посторонних» системников.

Если внимательно прочитать заключение «компьютерной» экспертизы, то можно заметить, что эксперт нашел «признаки контрафактности» у программ, установленных на трех из них. Причем у меня создалось такое впечатление, что экспертизу шести компьютеров эксперт просто писал по одному шаблону, а еще трех — по другому: о «признаках контрафактности» говорится при описании трех компьютеров, исследованных в последнюю очередь. Если посмотреть в обвинительное заключение, то можно заметить, что шесть «посторонних» компьютеров выданы владельцам, а еще три «хранятся в УБОП МВД». Я так думаю, доблестные сотрудники милиции ведут проверку по признакам преступлений, предусмотренных статьей 146 УК, ну, или уже ее провели.

Кстати, часто приходится встречать вопросы о том, не начнут ли наши доблестные органы ходить по квартирам в поисках нелегального софта. У меня для вопрошающих две новости, как всегда, хорошая и плохая. Хорошая: систематически ходить все-таки не будут. Плохая: если уж пришли — готовьтесь к тому, что вломят по всей строгости закона. Зная о любви народа к покупке пиратских дисков, а потом установке с них всего и сразу, ничего хорошего для тех, кто вот так вот «попал», я напророчить не могу.

разделы: Ноу-хау | Право

Другие ноу-хау

Последние комментарии
об издании | тур по сайту | подписки и RSS | вопросы и ответы | размещение рекламы | наши контакты | алфавитный указатель

Copyright © 2001-2012 «Вебпланета». При перепечатке ссылка на «Вебпланету» обязательна.

хостинг от .masterhost