Самое горячее: Европа признала соцсети опасными (50); "Фобос-Грунт" уже не спасти (11); Мобильники убивают детей (26); ЕЩЕ >>
РАЗДЕЛЫ
Архив
« июль 2012  
пн вт ср чт пт сб вс
           
8
15
16 17
23 24 25 26 27 28 29
30 31          

Фляжка

| 20.05.2011 17:52

Update: Этот рассказ был опубликован на "Вебпланете" в апреле 2009-го. А на днях, то есть спустя два года, компания Heineken выпустила "умную" открывашку, которая при открывании пива приглашает друзей через Facebook и выдает призовую выпивку тем, кто собрал больше всего собутыльников. Я всегда подозревал, что плохие прогнозы сбываются быстрее. Прям хоть не пиши их...

Памяти
русских
социальных
сетей


В этот понедельник Вова Шкалик проснулся очень поздно. Голова трещала, во рту стояла африканская сушь. И подташнивало. А все оттого, что вчера Вове улыбнулась удача. Да так широко улыбнулась, что чуть не сломала челюсть. Вовину.

С утра он обошел мусорные контейнеры в соседних дворах, но ничего стоящего не нашлось. Ясен пень, по воскресеньям утром люди спят. А выкидывают все в субботу. Бывают конечно случаи... В прошлое воскресенье вынесли большую связку книг. Не из современных, которые в мягких обложках с девицами, а вполне солидную классику, с крепкими корешками. Их Вова в тот же вечер сбагрил старикану, торгующему макулатурой у метро. Одну только книжку старикан забраковал, "Мифы Древней Греции": слишком рваная и заляпана чем-то зеленым. Зато дал Вове аж семьдесят рублей за остальные.

Но то было в прошлое воскресенье. Такое не повторяется. Вова устроился на скамейке в замызганном скверике у гаражей и собирался немного вздремнуть - стоял еще апрель, но день выдался теплый. Тут-то удача и растворила пасть.

Один из соседей вышел повозиться с машиной. Раньше Вова с радостью подошел бы поболтать. Он тянулся к гаражам по старой памяти, как бывший работник автопрома. Помогал иногда соседям с ремонтом. Раньше. Пока не потерял работу, не стал запойным и не начал выпрашивать "десяточку до получки". Тогда соседи начали сторониться Вовы, а то и вовсе гоняли его матом от гаражей.

Но и скверик давал хороший обзор. Сосед выкатил машину, открыл капот. Запиликала мобила. Сосед поднес трубку к уху, выругался и направился к дому. Скрылся в подъезде. Гараж остался открытым. Вова подошел, стараясь не перейти на бег. Руки тряслись, глаза разбегались от неожиданного подарка судьбы. Вова растерялся - что брать? Сдуру схватил первое, что ближе: у переднего колеса соседской "Волги" стоял аккумулятор. О том, сколько весят такие аккумуляторы, Вова не подумал. А бросать было поздно.

Ему пришлось таскаться с этой тяжеленной железякой еще два часа. Дотащил до знакомой мастерской, где у него покупали иногда паленые запчасти - и тут понял, что опять память подвела. Воскресенье, закрыто. Твою мать!

А на обратном пути Вову взяли менты. От скуки. Воскресенье, опять же. Он еще побежал сдуру. Двинули под ребра пару раз, сидел до вечера в клетке. Слава богу, в отделение знакомый капитан зашел. Местный, Вова ему "газик" чинил в прошлом году. Отпустили. Но аккумулятор конфисковали, суки. С горя Вова прикончил свою последнюю заначку - флакон одеколона, припрятанный в дальнем углу серванта еще со дня рожденья. Заначка добила его отвратительным мыльным вкусом. А запах-то нормальный был… От такого несоответствия Вова расстроился еще больше. Даже одеколоны делать разучились. Вот был в свое время "Тройной"… А с этого современного польского ничего, кроме тошноты.

Когда он проснулся, вчерашние невзгоды пронеслись в голове вместе с болью, которой начинался теперь почти каждый день. Но в этот понедельник ломало совсем уж зверски. Вова вытащил флягу и открутил колпачок. Он знал, что там пусто. Но все-таки запрокинул голову и потряс фляжку над языком. Ничего.

- Привет, Шкалик, - сказала фляжка голосом продавщицы из ларька. - Сколько у тебя осталось?

- Двадцать. - Вова потянулся к джинсам, валявшимся на полу, и вынул две смятые бумажки. Следом выпала какая-то мелкая монетка и тут же укатилась под диван.

- Запустить поиск собутов?

- Че ты спрашиваешь, дура! Сама знаешь, что запустить. Куда я с двумя червонцами пойду? Рюмочную закрыли уже месяц как!

Фляжка мигнула синим индикатором.

- Новочеремушкинская, 3А. Второй подъезд. У него тридцать.

- А ближе нет? - поморщился Вова.

- Нет. Поздно встал. Час назад были двое на Шверника. Уже нашли себе третьего. Ты мог два поинта заработать.

- Да нахера мне твои поинты... - Вова оделся, запихал фляжку в карман куртки и вышел.

# # # #

Фляга не соврала. Дворы хрущевок по дороге к Новочеремушкинской были пусты. В хорошую погоду те, кого он искал, выползали на улицу, их сонные сгорбленные фигуры можно было легко отличить от спешащих на работу прохожих. Но вчерашнее солнце куда-то подевалось, денек выдался промозглый, словно опять возвращалась зима.

Вова знал район и срезал дворы напрямую, перешагивая через кривые оградки вдоль тротуаров, обходя уродливые железные горки и лестницы детских площадок, загаженные собаками песочницы, разломанные скамейки... Вова люто ненавидел все это, особенно скамейки и оградки. Каждую весну муниципальные гастарбайтеры-узбеки заново красили все дворовые постройки в попугайские цвета, и за последние годы Вова уже несколько раз садился на краску, которая потом не отстирывалась. На ту же засаду попадались многие люди - и детвора на лесенках, и мамаши на лавочках, ведь придурки с краской никогда не ставили никаких знаков и ограждений, а их дешевая краска не просыхала неделями. Зачем вообще это надо? Почему не покрасить один раз и навсегда, козлы? Почему не покрасить ночью, такой краской, чтобы к утру уже высохло? Двадцать первый век, бля.

В нужном дворе фляга пискнула и зажгла зеленый индикатор. Вова огляделся. Здоровенный мужик с красной рожей, в мешковатом лыжном костюме, сидел около подъезда, скорчившись на трубе очередного детско-спортивного сооружения из отходов металлургии. "Еще бы на горку залез, лыжник хренов", подумал Вова.

- У тебя двадцать? - просипел мужик.

- Ага, - кивнул Вова. - Вместе будет полтинник. Можем взять маленькую.

- Погоди, тут третий намечается. - Красномордый помахал флягой. - Моя говорит, у него целая сотня есть. Метро "Нахимовский".

- Так зачем ему собуты? - удивился Вова. - За сотню сам может взять нормально.

- А тебе не насрать? Может, за компанию. Я и сам в одиночку не люблю бухать. А может, он поинтов хочет набрать. И нам тоже перепадет. Пошли.

- Далековато...

- Подскочим на маршрутке. Не ссы, я угощаю.

Но в маршрутке красномордый и не думал платить. Когда машина остановилась у метро, он пихнул Вову в бок - мол, валим. Народ спереди начал выходить.

- Ээ, кыто нэ заплатыл? - крикнул шофер.

- Езжай в свою Черногорию, там заплатят! - огрызнулся красномордый, выталкивая Вову из маршрутки и выскакивая следом.

Их фляжки запищали одновременно, когда они подошли к подземному переходу. Около урны крутился сутулый волосатик в армейском камуфляже.

- Ты что ли третьим будешь? - спросил красномордый.

- Я, я! - Волосатик радостно махнул головой, откидывая патлы с лица. Лицо было опухшим и каким-то бабским. Пустые голубые глаза словно просвечивали насквозь.

- Ну пошли что ли.

- Только это, мужики... - Волосатик замялся. - У меня нет ни копейки. Я так просто сказал. Думал, если у вас пятьдесят, так мы... то есть вы... я знаю тут ларек один, у них за пятьдесят дают сразу пол-литра.

- Ах ты гнида… - громко прошептал спутник Вовы. - У меня тринадцать поинтов уже… Я должен был за "сбор тройки" еще четыре получить и на второй уровень выйти! Да я тебе сейчас!...

Вова непроизвольно втянул голову в плечи, когда увидел, как обиженный "лыжник" замахивается пудовым кулаком. Но удар не достиг цели - похоже, волосатик в военной форме привык к таким историям и был наготове. Он ловко юркнул под рукой противника и бросился в подземный переход. Мужик с красной мордой рванул за ним. Вова плюнул и побрел домой. Голова трещала.

Он прошел только две остановки по Нахимовскому, до заправки. Там в нос шибануло бензиновой вонью, и Вова понял, что сейчас уже точно блеванет. Едва успел сбежать с проспекта в овраг.

# # # #

В овраге полегчало. Здесь было тихо и безлюдно, даже машин не слышно. Речка мирно несла свои сточные воды среди кривых деревьев и мусора. Пустые бутылки, пакеты, автомобильные покрышки, останки мебели, катушки от кабеля - чего тут только не было. Но все равно здесь лучше, чем в асфальтовом городе наверху.

Вова отдышался, прислонившись к дереву, вытер рот рукавом и потихоньку зашагал вдоль речки. По оврагу можно дойти до Ремизова, а там по Ульянова к своей "Академической". Может, у метро получится выпросить пятак-другой "на проезд".

Минуты через три он вышел на поляну с двумя высокими ивами, торчащими над глинистым берегом эдакой огромной вилкой. С одного дерева свисала веревка, на ней что-то болталось. Вова вздрогнул, но тут же расслабился - просто деревяшка привязана.

"Тарзанка". На такой штуке он тоже когда-то прыгал через речку. В детстве, в деревне… Хотя постой, что значит "в деревне"? Это ведь где-то здесь было… Ну да, после войны тут еще не было города, а была деревня Котловка, где они жили с матерью и сестрой. А потом все переехали в хрущевки, как раз вверх по Ульянова. Но на речку продолжали бегать. Только речка вроде другая была, поближе… Ан нет, та же самая! Просто ее потом упрятали в подземный коллектор, снаружи остался только этот дальний кусок в овраге, по другую сторону Севастопольского. Надо же, вот ведь куда забрел…

Вова даже приостановился, разглядывая веревку-качель, которая вытягивала из памяти картинки прошлого, словно старый чемодан с фотографиями из-под дивана. Картинки шли не по хронологии, а в своем собственном порядке, зацепляя истории разных времен. Вот и слово это, "тарзанка" - конечно, в детстве они так не говорили. Это позже он услышал, лет пять назад, когда выгуливал племянников. Дети сестры были уже совсем городскими - капризные, вялые, на уме одни киндер-сюрпризы да телевизор. Но главное, что поразило Вову: они совершенно не умели общаться со сверстниками, даже в собственном дворе не знали соседских ребят.

Оно и понятно, город. Никуда не отпускают одних, школа-дом-школа... Если играть, то только в этих голых собачьих дворах под присмотром, либо в специальных загонах игровых центров. Там они и видели "тарзанку". И требовали, чтоб Вова отвез их к ней. А он вместо этого привел их на речку, перекинул брезентовую стропу через высокий сук дерева… Пацаны были в шоке. Им даже в голову не приходило, что такое можно сделать самим. Да еще и прямо над водой летать, и никто не ругает, не орет с балкона "Отойди от грязи!!!" А сколько еще всего они не знают, что было у нас в детстве, с грустью подумал в тот день Вова. Никогда ведь не было скучно. Футбол, лапта, "казаки-разбойники", игра "в банки", "в пробки"... И ездить не надо было никуда, и покупать. То есть покупать и нечего было. Таких игрушек, как сейчас, отродясь не видели. Зато все были как-то связаны, знали друг друга на два района вокруг. Откуда брались все эти дворовые игры, вся эта ценность простого фантика в кармане, веревки на дереве, меловой стрелки на асфальте? Почему все это пропало, стало ненужным мусором в овраге? Вова вздохнул и двинулся дальше.

За очередным поворотом тропинки он приметил дымок костра. И пошел медленнее.

Компания из четырех парней и девицы. Одеты прилично, смеются. Явно не бомжи и не алконавты. Хотя бутылку "Столичной" в руках девицы Вова разглядел издалека. Но еще сильнее подействовал запах шашлыков. Вова вспомнил, что второй день не ел. Снова подступила тошнота.

Да только они ведь сразу пошлют подальше, когда увидят его опухшую рожу… Вова тихо ступал по тропинке, не решаясь свернуть в сторону костра. Один из парней заметил его и махнул рукой. Вова помахал в ответ и решил, что можно подойти.

- День рождения отмечаете? - спросил он, стараясь улыбаться натурально.

- Какое там рожденье! Сократили нас всех! - воскликнул парень, который махал. - Последний день гуляем.

- И я тоже... уволили...

- Ого, так мы товарищи по несчастью! За это надо выпить! Да вы не стесняйтесь, подходите. Лена, налей товарищу! Шашлычок вот берите на закусь.

Девица встала, озираясь в поисках посуды.

- Мне можно сюда. - Вова протянул флягу.

Девица плеснула так щедро, что замочила ему рукав.

- Сто пятьдесят семь граммов! - бодро сказала фляга. - Но сеть собутов не использовалась. Ни одного поинта не получаешь, Шкалик.

Девица с бутылкой ойкнула и отпрянула. Парни захохотали.

- А, это... эксперимент какой-то... - Вова помахал флягой. - Бесплатно раздают, вроде социальной помощи...

Он рассказал, как фляга помогает находить собутов. И как начисляются поинты, если удалось найти больше двух человек. Ну и там уровни разные, вроде как должны еще какие-то бонусы давать, если дорастешь.

- Блин, да это же настоящая социальная сетка! - воскликнул один из парней. - Мы как раз этим занимались, только в Интернете! А с таким девайсом можно вообще круто замутить! И совместные покупки оптом, и поиск попутчиков для туризма, и...

- Не трави, Димон, - мрачно перебил его другой, постарше. - Перед инвесторами надо было эти песни петь. А сейчас поздно уже. Кризис подкрался, закрыли лавочку. Ты лучше спроси у товарища, где такие фляжки раздают. Может, нам завтра тоже на опохмел не хватит.

# # # #

Вторники Вова любил. Это была такая маленькая персональная религия, не требовавшая улыбок сторонней удачи. По вторникам Вова не ждал чудес - но был свято уверен, что плохих вещей в эти дни случается меньше. Так что по вторникам он вроде как отдыхал, либо делал что-нибудь простое и ненавязчивое.

В этот вторник он снова пошел в мастерскую авторемонта, куда не попал в воскресенье со злосчастным аккумулятором. Тамошний халтурщик Витек был должен Вове двести рэ за разные запчасти, которые Вова ему притаскивал. Витек не отдавал долг с февраля, прекрасно зная, что Вове все равно некуда девать краденое.

Понимал и Вова. Но воскресное происшествие с аккумулятором навело его на новый подход. Он рассказал Витьку, что в выходные добыл для него хороший товар, но мастерская была закрыта, так что пришлось продать другим людям. Которые, кстати, расплачиваются сразу. Извини, мол, теперь буду с ними работать.

Он не особо надеялся на эту байку, но кажется, магия вторника сработала. Витек понял намек и сразу отдал Вове стольник. А оставшуюся часть долга предложил натурой, наполнив вовину флягу какой-то новомодной спиртовой протиркой. Пахла протирка паршивенько. Но в ответ на вовины претензии Витек закатил ему целую лекцию - мол, современная химия для автомобилей гораздо чище того, что хлебают люди в наши дни.

По дороге домой Вова купил батон, чай и банку кабачковой икры. И весь вечер провел на диване, читая забракованные уличным букинистом "Мифы Древней Греции". Нормальный такой вторник.

# # # #

- Доброе утро, Владимир.

- Чего? - Вова протер глаза и уставился на флягу.

- Поздравляю. У вас тридцать четыре поинта.

- Откуда?

- За привлечение пятерых новых участников в сеть собутов. Вы, Владимир, теперь на втором уровне. Вам причитается вознаграждение.

- И где оно?

Фляга назвала адрес. Это было рядом, на Ленинском. Пятнадцать минут ходу. Невзрачное кафе с табличкой "Закрыто на дегустацию". Вова помялся у двери, не зная, что делать. Но тут фляга пискнула, и дверь открылась.

- Проходите пожалуйста, - приветствовала Вову толстая тетка в синем фартуке.

Вова прошел. В кафе было человек десять. Половина за столиками, другая половина толпится у бара. Явных опойков не заметно, но все какие-то мятые. Вова встал в хвост очереди. Очередь шла быстро.

- Ну-с, что будем пить? - улыбнулся белобрысый бармен, когда дошло до Вовы. В вопросе чувствовалась какая-то издевка.

- Самое лучшее будем пить, - сказал Вова, стараясь повторить шутливую интонацию.

- Значит, "Косорылов Самогон"!

Бармен нагнулся под стойку. Вова встал на цыпочки и заглянул туда же. Кроме ящика "Косорылова", никаких других бутылок там не было. И судя по цвету жидкости в пластиковых стаканчиках окружающих, все пили одно и то же. Вова взял с бара свой стаканчик, отхлебнул. Не одеколон, и на том спасибо.

Смысл ухмылки бармена он понял позже. Дома фляга объяснила ему, что такую халявную выпивку можно получать хоть каждый день - но ее надо отрабатывать. Как? Надо рассказывать о "Косорылове". Не менее чем трем людям в день.

Сначала Вова послал флягу подальше. Но задумался. Работа-то непыльная. Всяко лучше, чем по мусорным контейнерам шарить… Он выглянул в окно. Сосед, у которого Вова стащил аккумулятор, снова возился у гаража со своей "Волгой". Вова решил попробовать.

Из-под раковины на кухне он извлек ящик с инструментами. Ну, это громко сказано: почти все свои инструменты Вова давно пропил. В ящике оставались только молоток и маленькая крестовая отвертка со сбитым жалом. Вова взял отвертку и пошел на улицу.

- Привет, Петрович! Не ты отвертку потерял? Валялась тут рядом.

Сосед мрачно глянул на Вову. Но хитрость с отверткой помогла: сразу не послал.

- Нет, не моя... А ты не видел тут в воскресенье... Кто-нибудь по гаражам лазил?

- Пацаны вроде крутились, с первого подъезда. А чего?

- Да аккумулятор у меня сперли, скоты.

- Такая молодежь теперь, Петрович. Ты отвертку-то бери все равно, мне ни к чему.

Сосед взял у Вовы инструмент, все еще недоверчиво заглядывая ему в лицо:

- Завязал что ли?

- Ну, как-то так... Работенку нашел вроде. Вчера как раз отмечали. Кстати, классную вещь пили, советую попробовать...

Работа и вправду оказалась непыльной. За остаток дня Вова легко нашел еще двух собеседников, которым можно было порекомендовать новую выпивку. Фляжка назначала поинты за каждый разговор.

Вечером, лежа на диване с "Мифами Древней Греции", он даже почувствовал какое-то сходство с Прометеем. Он вырвал из книги картинку, где орел выклевывает прикованному Прометею печень, и повесил на гвоздь в стене.

# # # #

Сорвался Вова через две недели. Оказалось, что бухло, предназначенное для рекламы, каждую неделю разное. Первые две марки Вова вполне переваривал. И даже, наверное, успел привыкнуть к халявной выпивке неплохого качества. Иногда он уносил бухло с собой во фляге, и тем убивал сразу двух зайцев. Во-первых, реклама получалась более естественной, когда он угощал собеседников. Во-вторых, он разводил их на закуску - и не голодал.

Но на третью неделю стали наливать полнейшее говнище из вычурных бутылок с яркой наклейкой. Можно было и не пробовать, Вова давно знал этот закон: если этикетка на бутылке раскрашена в такие же попугайские цвета, как металлолом на детских площадках - значит, в бутылке отстой. Однако Вова честно отработал воскресенье и понедельник, впаривая это жуткое пойло соседям, знакомым и просто случайным встречным.

И тут настал вторник, любимый вовин день и персональный выходной. Нарушать уважение ко вторнику было никак нельзя. С утра Вова сходил на дегустацию, убедился, что разливают тот же отстой - и ушел в глухую оборону. Он весь день игнорировал фляжку, которая пищала и требовала, чтобы он шел продвигать пойло в уличных разговорах. Вова делал вид, что не слышит. Он думал. Совсем расставаться с фляжкой не хотелось. Но и заниматься этой херней сегодня, именно сегодня, не хотелось тоже.

Он так ничего и не придумал до самого вечера. Зато понял, что хороший день вторник угроблен. И когда фляжка визгливым голосом продавщицы в десятый раз потребовала, чтобы он шел на улицу и разговаривал с людьми о "классном новом напитке", Вова не выдержал. Он заговорил с фляжкой. Так, как не говорил никогда.

- Да кто ты такая, чтоб меня учить?! Ты на себя посмотри! Кто, блядь, тебе такую пробку сделал, которая через два дня протекает? Ты вообще знаешь, что такое "притертая пробка"?! Да любой китайский термос тебя своей пробкой выебет!

Вова отвернул пробку, бросил на пол и расплющил каблуком.

- О, какая теперь! Притертая к полу, хах! И тебя саму не мешало бы приплюснуть. Кто же такую уебищную форму придумал? Куда это гусиное яйцо засовывать? Они что, нормальных армейских фляжек не видели? Сплющить надо. Да и согнуть еще, чтобы в заднем кармане лежала нормально.

Вова положил фляжку на стол и треснул кулаком по выпуклому боку "гусиного яйца". На фляжке появилась вмятина. Вова стукнул еще раз. Отлетел крепежный кронштейн.

- Ой, прости, я догадался, для чего эта херовинка была! - продолжал заводиться Вова. - Наверное, чтобы на поясе носить, а не в кармане? Тогда почему эта крепежка такая маленькая? Где ты видела у мужика ремень шириной в один сантиметр? Ну, че молчишь? Весь день пиздела, а как отвечать надо, так заткнулась?!

Индикатор фляжки вдруг мигнул оранжевым. Вова никогда не видел такого сигнала и не знал, что это означает. Но ему было уже по барабану.

- Хуле ты мигаешь, дура? Ты же и мигать не умеешь толком! Какой криворукий гандон приделал тебе индикатор на боку, на самом выпуклом месте, так что оно всегда за одежду цепляется?! Почему не разместить его под горлышком? Или ваши тупицы не знают, что у большинства людей эта лампочка отлетает уже через неделю? Вот так, гляди!

Вова резко провел флягой по ребру столешницы. Индикатор разбился.

- Молчишь? Нечего сказать? Ну и катись нахуй.

Он размахнулся и метнул побитую флягу в форточку. И сразу почувствовал себя легко и весело.

А потом чертовски захотелось спать. Уютно свернувшись на диване и уже проваливаясь в сон, Вова вспомнил, что две недели назад Витек из автомастерской звал его к себе работать помощником. Там у них как раз один слесарь ушел, переехал в другой город. Из-за этой дурацкой фляги предложение совсем вылетело из головы. Надо не забыть с утра...

# # # #

- С добрым утром, Владимир Степанович.

Вова разлепил глаза. Над ним стояли двое - большой лысый и маленький узкоглазый. Оба в строгих черных костюмах. Вова вспомнил лысого: это он выдавал фляги в том странном "центре реабилитации". Интересно, как они вошли, подумал Вова. Ах да, он же сам давно перестал запирать дверь. Брать-то в его конуре нечего.

- Я... это... - Вова сделал руками жест, изображающий флягу. - Потерял. Очень извиняюсь.

- Мы уже нашли ваш собутлинг-коммуникатор, Владимир Степанович. Более того, наша система мониторинга зарегистрировала очень необычный фидбэк с вашей стороны. Мы считаем, что ваши способности недооцениваются. И предлагаем вам серьезное повышение.

- Пятый уровень? - усмехнулся Вова.

- Нет. В данной сети вообще нет такого уровня, на который вы вышли. Господин Хуо, представитель головного офиса нашей компании, утверждает, что вы совершили некий "сингулярный прорыв". Он захотел лично увидеться с вами.

Вова поглядел на узкоглазого. Кореец, что ли? Хер их разберешь.

Узкоглазый, в свою очередь, с любопытством рассматривал Вову и его конуру. А потом быстро залопотал на своем собачьем языке. Лопотал он долго, минуты две, по-ленински указывая прямой рукой то на вовину люстру без плафона, то на картинку с Прометеем на стене, то на банку из-под кабачковой игры, что стояла на полу возле дивана. Наконец он заткнулся и поклонился, как сломанная кукла.

- Господин Хуо благодарит вас за ценные замечания по дизайну коммуникатора, - перевел лысый. И протянул Вове конверт.

- Это на первое время. Советую потратить на одежду. Остальное вам подскажет ваш персональный гид. Вот он.

Лысый вынул из кармана маленькую черную коробочку, какие бывают в ювелирных. И раскрыв ее, поставил перед Вовой на стол. В коробочке лежала золотая серьга-клипса со сверкающим камешком. Когда Вова отвел взгляд от камешка, людей в пиджаках уже не было.

Вова заглянул в конверт: евро. Он таких даже никогда не держал в руках, знал только по картинкам в сберкассе. Вова аккуратно положил конверт на диван. Достал серьгу из коробочки, повертел в пальцах. Да уж, ходить с такой штукой... Пидорский будет видок. Может, продать и свалить? Неа, найдут. Сейчас ведь нашли, хотя ни адреса не оставлял, ни имени, когда фляжку получал.

Он вздохнул и надел клипсу на ухо.

- Здравствуй, Володенька. - сказал голос в голове. - Меня зовут Ксения, но для своих я просто Барабака. А мы с тобой теперь свои, ха-ха.

- И что с тобой делать? - пробормотал Вова.

- Ой, так много всего интересного! Сегодня, например, пойдем в галерею "Винзавод". Там презентация, тебе надо будет посмотреть, потом откомментировать на наших площадках.

- Чего смотреть-то?

- А не все ли тебе равно, мой сладкий? Может, сумочки новые покажут, а может, косметику. Да ты не беспокойся, коньячок там тоже будет, хороший.

разделы: мнения |

Другие мнения

Последние комментарии
об издании | тур по сайту | подписки и RSS | вопросы и ответы | размещение рекламы | наши контакты | алфавитный указатель

Copyright © 2001-2012 «Вебпланета». При перепечатке ссылка на «Вебпланету» обязательна.

хостинг от .masterhost